Альфред Т. Риттер, председатель совета директоров и совладелец Alfred Ritter GmbH & Co. KG: «Мы совершенствуем идею моей бабушки»


Почему семейная компания Alfred Ritter почти 100 лет все делает не так, как транснациональные гиганты

Альфред Риттер не любит риск. В 2004 г., когда его компания Alfred Ritter объявила, что будет строить фабрику в России, казалось, что немцы решили рискнуть: они планировали вложить $75 млн в строительство первого в истории собственного производства за пределами родной Германии. Похоже, осторожность победила: компания отказалась от планов налаживать производство в России. О том, сколько квадратных шоколадок должны есть россияне, чтобы Alfred Ritter передумала, и о бабушке — гении маркетинга Риттер рассказал «Ведомостям».
Биография
Родился в 1953 г. в Штутгарте (Германия), в 1981 г. окончил университет, где изучал экономику и психологию
1978
член консультационного совета компании Alfred Ritter GmbH & Co. KG
1988
основал и возглавил компанию Paradigma Energie- und Umwelttechnik GmbH & Co. KG
2005
назначен председателем совета директоров Alfred Ritter GmbH & Co. KG, Waldenbuch
5%
шоколадок Ritter Sport съедают российские покупатели. Всего на экспорт в 80 стран отправляются 35% объема производства
«Мы работаем для самой крупной в мире целевой аудитории – для людей с хорошим вкусом»


Alfred Ritter GmbH & Co. KG
производитель шоколада
Продажи – 290 млн евро (2007 г.).
Производственная мощность – около 60 000 т.
выпускает 22 сорта шоколадных плиток, из них в России представлены 15 сортов.
Объем продаж в России в 2007 г. – 30 млн евро.
Остальные финансовые показатели не раскрываются, компания указывает, что, по данным РСБУ за 2007 г., компания «Риттер спорт шоколад» (Россия) является прибыльной.
Компания оценивает свою долю на шоколадном рынке России в 3%, в сегменте премиум – в 16%, по данным РСБУ 2007 г. В равных долях принадлежит Альфреду Теодору Риттеру и его сестре Марли Хопп.

— До 2008 г. шоколад Ritter Sport производился на Одинцовской кондитерской фабрике. Теперь завозится из Германии. Почему?

— Мы сосредоточили все наше производство в Германии, чтобы обеспечивать лучшее качество. Мы очень довольны сотрудничеством с «Коркуновым», но в обозримом будущем не будем переносить производство никуда больше. Из-за таможенных и логистических особенностей нам удобнее производить шоколад в Германии. Кроме того, контрольный пакет фирмы «Коркунов» был продан [американской] Wrigley. С [Андреем Коркуновым] мы сотрудничали бы и дальше. С большим международным концерном нам это не так интересно.

— Лидеры мирового рынка обзавелись производствами в России, чтобы снижать издержки. А вы действуете наоборот.

— Такого эффекта можно добиться, если значительная часть сырья будет поступать из России. Но мы хотим, чтобы шоколад Ritter Sport во всем мире имел одинаковый вкус. Как только в продукте появляются местные ингредиенты — сахар, молоко, — вкус меняется.

— Несколько недель назад в офисах крупнейших кондитерских компаний в Германии прошли обыски: антимонопольные органы заподозрили кондитеров в сговоре. Есть ли основания?

— Наш офис тоже подвергся обыску. Антимонопольное ведомство констатировало, что некоторые кондитерские фирмы одновременно повысили цену на свои продукты. Но сырье для всех стало дороже. Мы работаем на основе годичных договоров с поставщиками, и они заканчиваются [у большинства производителей] почти одновременно — с нового года [все закупают сырье по новым ценам, поэтому] почти одновременно повысили цену.

— До Второй мировой войны ваша компания производила не только шоколад. Почему вы отказались от других продуктов?

— Это было давно, еще мой отец перестал их производить в 60-х гг. XX в. Ценовая конкуренция тогда была очень жесткой, и отец решил, что будет производить только квадратный шоколад и только так сможет выжить среди гигантов кондитерской индустрии. Это было очень рискованно: он отказался от 80% своих продуктов. Но не было бы тогда этого решения — сейчас не было бы Ritter Sport.

— Вы упомянули, что слово sport появилось в названии благодаря вашей бабушке.

— У нее был магазинчик кондитерских изделий в Штутгарте на Вокзальной улице, мимо которого каждый день проходило очень много людей. Она подумала: какая потребность может быть у этих людей, как продать им больше шоколада? В 1932 г. в моде были спортивные жакетики с квадратными накладными карманами. Она посмотрела на жакет и сделала плитку шоколада, которая точно подходила к размеру кармана.

— По современным меркам ваша бабушка — гений маркетинга.

— Так оно и есть. Мы все это время только совершенствуем ее идею.

— Вы защищаете форму вашего шоколада юридически?

— В Германии наши шоколадки защищены как промышленные образцы. Но патента как такового у нас нет, так же, как и защиты по всему миру. Были копии в разных странах. Но это же не просто квадратная плитка, все продумано до мелочей: толщина плитки, деление ее на квадратики, глубина канавок, которые разделяют плитку. Форма влияет на вкус. А вкус подделать очень сложно. Единственная компания, которая официально попросила нашего разрешения производить квадратный шоколад, — Lotte из Южной Кореи.

— Но есть и вполне легальные похожие продукты у крупных производителей — Nestle for Men, Milka M-Joy и др. Их появление влияет на ваши продажи?

— В краткосрочном периоде — да. Люди, для которых цена важнее, чем вкус и качество, будут всегда. Значит, мы не будем иметь 100% на рынке. Но наша доля вполне позволяет нам жить. (Смеется.)

— Правда ли, что вы неохотно берете кредиты и пользуетесь внешним финансированием в целом?

— Для меня самое главное — надежность и последовательность нашего развития. Если ты взял кредит и что-то не получилось, проценты платить все равно надо. Поэтому мы не берем. Я в бизнесе человек неторопливый. Надо учитывать, что мы все-таки не огромный международный концерн, а средняя семейная фирма. Мы делаем только шоколад и, если мы сделаем одну большую ошибку, исчезнем как компания. А я рисковать не люблю.

— У вас был выбор, возможность заняться в жизни чем-нибудь еще кроме шоколада?

— Моя жизнь была богата событиями. Отец рано умер, мне было 20. В таком возрасте руководить фабрикой было бы очень сложно, поэтому семья приняла решение нанять менеджеров со стороны. Был создан наблюдательный совет, который следил за работой совета директоров. Я входил в наблюдательный совет, долго был его председателем, но я не занимался этим целый день. Потом создал компанию Paradigma Ritter.

— Чем она занимается?

— Когда после аварии в Чернобыле большое облако попало в Турцию и там больше не осталось необлученного фундука, я решил, что нужно избавиться от атомной энергии. Но я из семьи предпринимателей, а не политиков. Я занялся энергетикой и 15 лет возглавлял эту компанию. Фирма занимается солнечной энергией, сейчас у нас 350 сотрудников в Европе и 800 в Китае. Мы один из крупнейших в мире производителей термических солнечных батарей. Когда этот бизнес наладился, я решил вернуться в Alfred Ritter в качестве директора.

— Какой бизнес вам нравится больше — энергетика или шоколад?

— У меня одна сторона шоколадная, другая — солнечная. Это неплохо.
Источник: http://www.conditer.com


Платные объявления


Неверное имя пользователя или пароль
Закрыть

Логин:

Пароль:

Регистрация Забыли пароль?